Алексей Мустафин: Вытащить Медведчука во второй тур будет очень тяжело

Если же говорить о каком-то новом кандидате, который вдруг выстрелит как Порошенко в прошлой кампании, то я такого не вижу.
4 вересня 201808:05

Алексей Мустафин более 20 лет работал на телеканалах, руководя выпусками новостей. Он был основателем СДПУ(о) и консультантом Партии регионов. Теперь он с мая работает медиконсультантом Юлии Тимошенко.

О журналистике с темниками и цензуре, почему владельцы телеканалов считали себя обязанными Кучме, что про журналистов хотели знать в Партии регионов, зачем Юлии Тимошенко сырники и что ждет от нынешней избирательной кампании, медиатехнолог рассказал в интервью INSIDER.

 

- Скажите, какой у вас любимый фильм?

- Любимый фильм? У меня много любимых фильмов. "Полет над гнездом кукушки", "Мефисто", захаровские старые фильмы. Но кино я не очень люблю смотреть.

-Честно говоря, я надеялась получить ответ, что любимый фильм – это "Хвост виляет собакой". Это было бы так похоже на то, с чем ассоциируется ваша деятельность за 24 года в журналистике.

- Нет, это любимый фильм политтехнологов. Он очень поднимает их самомнение. На СТБ когда-то был ролик: Почему любим новости, потому что мы знаем, что это правда. Почему мы любим кино, потому что знаем, что это неправда. Главное – отличать одно от другого. "Хвост виляет собакой" - красивая сказка, которая тешит самолюбие политтехнологов.

- Но много лет назад, вы работали на Интере, когда там выходили новости по темникам. И нельзя не признать, что это была попытка хвоста вилять собакой.

- Этот хвост плохо вилял собакой, потому что собака в итоге сдохла. Технолог хорош, когда он помогает клиенту, а не когда его убивает. Технологам таким не стоит гордится. А журналистам тем более.

 

- А вы тогда не пытались сказать, что все это неправильно, и так не стоит делать?

- Кому?

- Тем, кто придумал это. Кстати, кто это был – Марат Гельман?

- На вопрос, исполнял ли я темники, я всегда отвечал – я их писал. Безусловно, общаясь к людьми, которые к этому причастны, я говорил, какие вещи эффективны, какие – нет.

- Когда Медведчука постоянно хвалили, а Ющенко показывали в плохом свете – это было допустимо? Тем более, что вы были тоже эсдеком.

- У меня есть две истории, которые я в таких случаях рассказываю. У нас сейчас тренд, когда журналисты идут в политику, а я прошел путь наоборот, потому что социал-демократом я стал еще в студенческие годы, а уже потом пришел в реальную журналистику. А если говорить об эсдеках, то нужно говорить о политической истории, а не технологической. Как Медведчук пришел в партию? На самом деле была вполне живая идеологическая партия социал-демократов. Но в какой-то момент возникла идея стать более влиятельными. а для этого объединиться с совсем другими людьми.

- Это с кем? С Кравчуком и Марчуком?

- Это было чуть раньше, когда в еще старой, идеологической социал-демократической "тусовке" произошел раскол, и обе части партии претендовали на одно название. Решался вопрос, кто будет легитимным. А поскольку решал это Минюст, то так мы познакомились с Василием Онопенко. И именно он спустя некоторое время предложил: "Знаете, у меня есть такая чудесная Партия защиты прав человека, давайте развиваться вместе и объединяться".

У Василия Онопенко было два заместителя – Виктор Медведчук и Игорь Плужников. Так и возник тот феномен, который потом стал СДПУ(О). Кравчук и Марчук появились позже.

Накануне выборов 1998 мы обсуждали, как на них идти. И решался вопрос: блоком или самостоятельно. Медведчук выступил за второй вариант. У него спросили: а за счет чего мы это сделаем, с какими публичными персонами. И он ответил: "Хорошо, я вам предложу решение". На следующем собрании он сообщил: "У меня для вас новость – наш список может возглавить Кравчук". Реакция партийцев была смешанной, Кравчук тогда был не очень популярен, хотя и более публичен, чем все остальные. Поэтому, к удивлению Медведчука, к его предложению отнеслись скорее скептично, чем радостно. Медведчук напрягся, и на следующее заседание пришел и сказал, что в партию придет еще и Марчук.

Выборы 1998 были очень сложными для партии – приходит один протокол с округа, партия преодолевает барьер. Приходит второй – нет. За округа 4 до конца подсчета Григорий Михайлович Суркис даже сказал: "Если мы не пройдем, то я им устрою такую оппозицию, что они пожалеют". Но в итоге социал-демократы прошли.

В этот сложный для партии период в штабе вообще не было Онопенко, который возглавлял партию. Его не было ни перед выборами, ни после. Потом он не пришел на общее собрание, а в "Голосе Украины" вышло интервью, в котором он заявил, что "результат был не очень хорошим, потому что первым был не я, а Кравчук". Конечно, после этого разгорелся скандал и конфликт. Я таких слов от Кравчука ни до, ни после не слышал. С Онопенко расстались. И тогда возникла кандидатура Медведчука. Он очень неоднозначно воспринимался в партии, во всяком случае в ее идейной части, потому что, как я уже говорил, это была изначально полудиссидентская тусовка и люди, которые в нее входили, отлично знали историю со Стусом. Мы договорились, что будут даны публичные объяснения по этой истории. И действительно, появилось несколько материалов в прессе. И уже после этого он возглавил партию.

 Медведчук, Кравчук, Плужніков

Но в общем-то и после этого в партии всегда было два крыла – одно ориентировалось на Медведчука и Суркиса, а второе группировалось скорее вокруг Плужникова. Я всегда был ближе ко второму крылу. Собственно, именно поэтому я попал на Интер.

Интер был проектом Плужникова. И, конечно, задумывался в в том числе и как политический инструмент. Хотя даже для журналистов СДПУ(О) была поначалу чем-то неизвестным. Был даже случай, когда Онопенко протитровали как "Оноприенко". Вовсю развернулись уже на выборах киевского мэра. Когда Суркис боролся с Омельченко.

Честно говоря, кампании могло бы и не быть. Суркис не выдвинул бы кандидатуру, если бы не был уверен в поддержке Кучмы. Говорили, что он даже ходил к нему, чтобы получить добро. Но Кучма повел себя в свом стиле. Когда Суркис сказал, что будет баллотироваться, ответил что-то вроде "попробуй". Тот воспринял это как благословение. Хотя такое же "давай" Кучма, скорее всего, сказал и его оппоненту. В итоге Суркис остался без кресла мэра, а эсдеки получили противника, который только искал повод, чтобы отомстить.

Думаю, что Кучме просто нужно было показать, "кто в доме хозяин". По-моему, как раз тогда Горбулин сказал Плужникову, с которым у него были достаточно теплые отношения "Рябата вы конечно системные, но уж очень резвые". Собственно, история с Киевом никак не помешала эсдекам поддержать Кучму на выборах 1999 года. Я, по-моему, был единственным, кто на съезде партии проголосовал против. Все остальные, кто был с этим не согласен, ушли к тому времени вместе с Марчуком.

Эсдеки проголосовали и за Ющенко как премьера, хотя Медведчук явно рассчитывал если не сам на это кресло, то получить кого-то близкого к нему. А потом стали одними из таранов "бархатной революции" в Раде. Но когда Кучме показалось, что Медведчук слишком "резвый", он дал добро Петру Порошенко на создание "Солидарности", а Владимиру Литвину - на так называемую "департизацию" госадминистраций, когда из них повыбрасывали эсдеков. Ну, а потом началась "Украина без Кучмы", и Медведчук снова понадобился. С помощью эсдеков Кучма отправил в отставку Ющенко – и потом пальцем не пошевелил, когда Медведчука снимали с должности первого вице-спикера. Когда Омельченко требовал от Порошенко, чтобы Ющенко ломал сейф. Это были такие качели. И с каждым их движением у эсдеков только добавлялось врагов.

В итоге на выборах 2002, несмотря на мощную информкампанию с темниками, эсдеки собрали меньше всех. А Тимошенко сказала, что с Медведчуком, как с Волочковой - никто не хочет танцевать.

- Но в результате Медведчук возглавил АП?

- Да. Но условием его прихода было проведение политреформы. Об этом, кстати, было заявлено публично. Видимо, предыдущий опыт общения с Кучмой вдохновил…

- Но возвращаясь к темникам, кто принес эту инициативу на канал? Плужников?

- Меня познакомил с Маратом Гельманом, который был автором этой идеи, Александр Зинченко. Думаю, что ни для кого не секрет, что эта идея была привезена из России. Но там темник выглядел как толстый том книги, где расписан каждый синхрон. И где на каждое событие приезжали с готовым сценарием.

- То есть там главный герой "Хвоста" сценарист Мотсс был бы востребован?

- Да, там они конструируют реальность.

- И это страна, где это работает.

- Потому что это Россия, где система власти накладывается на ментальность. И где максимально централизована власть. В Украине такого никогда не было – максимальное приближение было при Кучме. Но даже при этом существовала "Украинская правда" и 5 канал.

- Но тогда у УП был совсем другой охват и пять человек в штате в 2004.

- И тем не менее, этого оказалось достаточно, чтобы не получилась монополия информационного поля. К тому же идея изначально предлагалась несколько другая. Что будут собираться редактора каналов и совместно обсуждать интерпретацию событий. В итоге получилось как всегда – что не собираем, выходит автомат Калашникова.

В общем-то, когда я говорю, что и тогда не было монополии, то я имею в виду не только оппозиционные медиа. Скажем, каналы нынешней группы "Старлайт" заявили, что не будут работать по этой схеме. И заявил это тогда ни кто иной, как Дмитрий Киселев.

- Но как это?

- Все схемы в Украине не работают из-за такого понятия как кумовство. Всегда кому-то можно сделать исключение.

- И Кучма не ругал бы Пинчука за то, что он не идет в общем ряду?

- Не только. Например ситуация с фильмом "Пиар" (фильм пытающийся объяснить смерть Гонгадзе как заговор против Кучмы в пользу Ющенко) была прямо противоположной. Тогда фильм показал ICTV, нас просили сделать то же. Я встретился с Плужниковым, и сказал, что так нельзя. Мы отказались. Он при мне перезвонил Кучме и это передал, что мы фильм не показываем. И, видимо, убедил его. Но за это канал попросили рекламировать "Озимое поколение". Правда, "Озимому поколению" это не помогло.

- Но больнее всего бумеранг темников ударил по СДПУ(о), которая после выборов 2004 исчезла из большой политики как партия. Медведчук из нее давно ушел. А вы все равно остаетесь в ней.

- Да, потому что я ее создавал и принимал в нее Медведчука и Порошенко, а не наоборот.

Темники, кстати, поссорили в свое время эсдеков и будущих регионалов. Одно дело догадываться, что о тебе думают Медведчук с Плужниковым. А совсем другое прочитать черным по белому инструкцию своим СМИ "Ситуация в Донецке настолько плоха, что ей уже заинтересовались в ООН. В Донецке СПИД, туберкулез и мэр Рыбак". Доверия после этого уж точно быть не могло.

Может, поэтому в 2004 появилась удивительная бумага, о которой на удивление мало говорят в СМИ. Соглашение о фактическом разделе государственных должностей и активов между людьми Медведчука и людьми Януковича. Меня, конечно, в ней больше всего поразила уверенность в том, что ее будут выполнять. Ну, собственно, после 2004 о ней никто и не вспомнил. Но бумага действительно была, в этом я уверен.

Кстати, то, что случилось потом с Интером, я косвенно могу даже с ней связать. Дело в том, что после революции 2004 Медведчук неожиданно заявил Плужникову, что претендует на часть акций Интера. И это, безусловно, подтолкнуло его к переговорам о продаже телеканала. Причем, начал он их с тем, кого Медведчук считал свои врагом, с Константином Григоришиным.

Ну а потом Интер решил прибрать к рукам Порошенко. И думаю, это ускорило развязку.

- А когда вы последний раз общались с Медведчуком?

- Когда он сложил с себя полномочия председателя партии. Потом возник "Украинский выбор", и это было уже слишком. Я мог мириться с определенными моментами в партии, но не тогда, когда речь шла о курсе страны. СДПУ(О) программно и идеологически всегда была за развитие страны в европейском направлении.

 

- Кстати, а что вы думали, когда вам приносили рекламу про три сорта украинцев? Она ведь настраивала одну часть против другой?

- Как ни странно, ее сделал украинский технолог, который и сейчас продолжает работать. Она и тогда вызывала вопросы в штабах Кучмы, но ее сторонники убеждали, что она направлена на то, чтобы предотвратить раскол. Безусловно, это неправильно. Не буду вам рассказывать всех подробностей. К тому же, все равно это не сработало.

- Скажите, а когда Ющенко только отравили, тоже были темники?

- Нет, тогда все были скорее в растерянности. В конце концов, если даже придерживаться версии, что это и была спецоперация силовиков, то ясное дело, что в нее не посвящали бы медийщиков. Но медийщикам было понятно, что замалчивать такие вещи нельзя.

И кстати, в те времена, если событие было, то оно было и в эфире. И о записях Мельниченко сообщили в тот же день, когда они были обнародованы. Да, потом была какая-то интерпретация, но сюжеты были.

Режим Кучмы действительно был авторитарным, но распятых мальчиков тогда никто не ел.

- Когда мы писали цикл статей о политтехнологах и выборах, то некоторые из них рассказывали, как заносили тысячи долларов на региональные ТРК за эфиры. Когда на центральном телевидении появилась джинса и платные материалы.

- Проблема не в джинсе, а в том, что у нас телеканалы исходят из интересов собственников. И всегда считалась незазорным сделать хороший сюжет о собственнике или его друзьях. А потом уже решили, что с друзей можно и деньги взять. Более того, я не открою секрет, если скажу, что все собственники каналов считали себя обязанными Кучме за то, что позволил создать каналы.

- Так когда все-таки стали приходить деньги за сюжеты?

- Думаю, что где-то году в 1998.

- То есть это случилось синхронно с тем, что в парламент стали заходить за деньги.

- Да. И я должен отметить, что вся эта джинса и темники так вошли в привычку, что в 2005 году я видел растерянных журналистов, которые не понимали, как сделать сюжет без интерпретации сверху. Ну и когда политическая составляющая в виде темников ушла, то широким потоком пошла джинса.

- Почему вы ушли с Интера? Это было связано со смертью Плужникова и приходом нового собственника Хорошковского?

- Да. Я сразу сказал Хорошковскому, что готов уйти. Но он все таки выдержал паузу в несколько месяцев. впрочем, без работы я не ходил. Уже через 4 часа после того, как я написал заявление об увольнении, мне пришло предложение работать на другом канале. На СТБ.

- А через несколько лет там вы опять оказались в эпицентре скандала о цензуре, когда не выпустили сюжет о гимне Партии регионов и песне Тото Кутуньо, на которую тот был очень похож.

- Смешная история была. Отношения редакторов и журналистов всегда сложные. В тексте сюжета была явная манипуляция. Я спросил у автора, есть ли заявление Кутуньо, подтверждающая, что песня ПР плагиат. И в общем-то, мы нарвались на опровержение. Если бы не было этого слова "плагиат" - думаю, что сюжет бы вышел.

- А до этого была такая же история со звездами, поддержавшими в 2010 году Тимошенко.

- Были и другие истории. Очень громким был скандал вокруж сюжета о прямом эфире Януковича. Дело в том, что во время его прямого эфира Партия регионов решила подкрепить выступление своего лидера массовыми акциями. Их было несколько, и снимали их несколько групп СТБ. И вот Елена Бондаренко где-то увидела (по ее словам), что наш оператор снимает втоптанную в снег и грязь газету Партии регионов. Она решила "предупредить" и позвонила Бородянскому. А потом еще и с городстью заявила о своем звонке СМИ.

Журналисты были возмущены, и хотели делать отдельный сюжет об акции и этой истории. А я считал, что достаточно одного общего сюжета. Ну и, конечно, спросил, а что собственно они собираются показывать? В этой связи я сразу вспомнил историю со скандальным "порно"-коллажем в "Фокусе" с Тимошенко и Яценюком, из-за которой под нож ушел весь тираж номера. Тогда журналисты тоже хотели делать сюжет. Я спросил, что они будут показывать? Коллаж? - "Нет, мы его замажем". - "А что тогда покажете"? И таких ситуаций было несколько. А кадры с газетой, которую где-то увидела Бондаренко, мы так и не нашли в исходниках. Но я стал цензором.

- Даже для Партии регионов?

- Там резко отреагировали на другой сюжет, когда Сергей Андрушко нашел на каком-то событии с Януковичем его заготовленные ответы. Анна Герман тогда заявила, что знает, кто я такой, и что это спланированная провокация.

- И после этого они вас позвали работать в следующей компании Партии регионов.

- Да, хотя я им сказал сразу, что я не их электорат и голосовать за них не буду.

 

- В чем был их запрос?

- Выстроить работу со СМИ. Они говорили: "СМИ нас не любят. Может, мы себя неправильно ведем?". И я должен был пояснить, в чем именно неправильно. Собственно, чем я и занимался – пояснял, что, скажем, не нужно реагировать на каждый чих в СМИ. Или что ссориться с журналистами нельзя ни в коем случае. И масса других моментов. Условно говоря, действительно приходилось объяснять, что если вы хотите, чтобы "Украинская правда" написала что-то необходимое вам, то необязательно туда идти с сумкой с деньгами – эффект может быть противоположным – СМИ нужно заинтересовать. И мы действительно многого добились.

- За эти 20 лет, пока вы в профессии, как изменилось влияние телевизора на избирателя?

- Сейчас на выбор избирателя телевизор практически не влияет.

- Но есть же результат Зеленского в социологии. Это же абсолютный телепродукт.

- Тут еще нужно это верифицировать. Мне кажется, что не каждый опрашиваемый может прямо послать на вопрос о том, за кого будет голосовать. И чтобы не приставали, вполне может ответить, что за Вакарчука или Зеленского. Это не означает, что у Вакарчука и Зеленского нет настоящих поклонников и сторонников, но их процент реально не верифицирован.

Возвращаясь к вопросу телевизора – влияет или нет. Время, когда телевизор сильно влиял - оно прошло. Больше всего он влиял при Кучме, на спад пошло все после 2010. В конце концов, сейчас телевизор не является главным источником информации, разве что ретранслятором. Сейчас куда актуальнее интернет и социальные сети, как способ донесения информации.

Второе – люди потребляют новости не для того, чтобы получить информацию, а скорее чтобы получить подтверждение, утвердиться в своих взглядах.

Но для политиков этот элемент остается очень важным. И технологи, конечно, с этим работают.

- В последнее время в Украине много говорят о Манафорте. Хотя мне кажется, что его влияние здесь весьма преувеличено.

- Думаю, что больше всего украинских политтехнологов огорчила сумма в 60 миллионов долларов. А многие истории о работе здесь каких-то иностранных технологов – просто выдумки. Не исключено, что самих этих технологов.

- Да, работавшие в штабе Ющенко никак не могли вспомнить, чтобы там был москвич Алексей Ситников. И я не очень верю поэтому в работу Манафорта на Порошенко.

- В этом случае сыграло другое: Грынив очень редко дает интервью, а тут дал целых три. И все о Манафорте. Очевидно, что это их взволновало. Более того, на вопрос, зачем вы с ним встречались, Грынив говорит, что ему были интересны его идеи. То есть Манафорт не был для них руконеподаваем, как поначалу пытались представить. Второе – это фраза Гейтса, которая была неправильно интерпретирована, и у нас разошлась как "мы с ним работали, и он нам не заплатил". Это было четкое попадание в психотип Порошенко. И это стало главным в этой истории. Независимо от того, правдива она или нет.

 

- Если мы говорить о полтитехнологиях и медиатехнологиях наших дней. Как вы относитесь к теории, что те, кто стали обсуждать Марченко и ее участие в проекте "Танцы со звездами", а потом эпизоды о Медведчуке в фильме "Стус", приняли участие в его информационной раскрутке.  

- Вы имеете в виду сравнение с тем, кого нельзя называть? Тут надо сказать, что у нас есть некое сказочное представление о технологах, как о людях, которые выстраивают некую реальность с нуля. Вроде войны в Албании в том самом фильме "Хвост виляет собакой". Это не так! Ни один технолог не выстраивает реальность с нуля. Так это не работает. Технолог делает то, что соответствует мироощущению клиента и мироощущению аудитории. Он ставит акценты.

Да, технологическая схема, что нужно надуть Медведчука, чтобы люди испугались и побежали к Порошенко, могла быть придумана и запущена. Но я сомневаюсь в ее эффективности. И уж точно нельзя с ней бороться, не называя имени Медведчука.

Кстати, мне это напоминает другую историю – как Партия регионов в свое время "надувала" рейтинг Тягнибока. Но там и рейтинг ПР был повыше, и у Тягнибока рейтинг был. У Порошенко ситуация намного печальнее. И это не будет повторением 1999, когда Симоненко вывели во второй тур. Медведчука так не выведут. И выводить не собираются. Разве что попытаются дискредитровать с его помощью конкурентов Порошенко.

Знаете, я считаю, что Медведчуку категорически противопоказаны публичные выступления. Да и публичная политика как таковая. Чтобы быть публичным политиком, недостаточно любить власть или увлеченно выстраивать политические комбинации – с этим у Медведчука все в порядке. Но нужно еще любить людей. Или удачно это имитировать. У Медведчука не получается ни то, ни другое. Когда он режет салат (в рекламном ролике в 2002 году), зритель явно не наполняется душевной теплотой.

- Вам не кажется, что и наши политологи, да и люди, слишком часто думают клише и пытаются найти и применить случаи, которые уже где-то были в истории? Например, что в Украине почему-то должен появится свой Макрон.

- У нас уже был свой Макрон. И это даже не Порошенко, а Ющенко. И Земан с Берлускони в лице Януковича тоже были.

- Кажется, мы некоторые вещи даже прошли впереди Европы всей.

- Да, но не потому что мы сильно развиты, а потому что ситуация так сложилась.

- Мы до сих пор не затронули вопрос о роли того политика, с которым вы сейчас работаете. На что будет делать ставку Тимошенко – на интернет, facebook?

- .. Сырники (смеется).

- О! Расскажите, кстати, что это было и зачем?

- Знаете, это как в том анекдоте, что банан иногда только банан. Весной Тимошенко только начинала осваивать Фейсбук, ей, видимо, было интересно попробовать что-то новое. Так возникла идея в день кондитера использовать эту тему и что-то приготовить. И, насколько я знаю, абсолютно спонтанно она решила в конце передать привет Петру Алексеевичу. На нашем безрыбье это превратилось в целое событие.

-А вы помнили при этом, что за несколько лет до этого Чепинога, который был ее спич-райтером, сказал, что она не умеет готовить?

На самом деле Тимошенко и не говорила, что любит готовить. Она говорила, что это семейный рецепт. Политику противопоказано "быть не собой", и хорошо, что Тимошенко это понимает. Кстати, многие считают проколом, то что она упомянула хлорид кальция. Но в том-то и дело, что у него нет другого названия. У хлорида натрия есть – это поваренная соль, а у хлорида кальция – нет. Так он называется с 20-х годов. Я бы скорее к стевии придрался, чем к нему.

Но в целом это была хорошая история. Только стратегия не на ней строилась.

- В отличие от Нового курса?

- А что не так с Новым курсом?

- Мне кажется, что в погоне за новым электоратом Тимошенко забывает о своем базовом, а тем временем ее место занимает Бойко. Пока она говорит о конституанте, кто-то говорит о тарифах.

- Она не перестает говорить о тарифах. А относительно Нового курса есть две составляющие: я слышал много рассуждений, что это не естественно, что она не знает, о чем говорит. Я уже когда-то говорил в эфире у Романа Скрыпина, что есть две школы технологов: одна китайская, другая французская. В китайской кухне считается высшим пилотажем, когда клиент ест и не понимает, что это. Из чего приготовлено – рыба со вкусом курицы, и так далее. Девиз французской кухни - "Если вы готовите сум из капусты, значит должен быть суп из капусты". Одна стратегия киношная, где клиент даже не нужен. Помните, как в анекдоте: "Борис Николаевич, вы начитайте алфавит, а мы речь нарежем".

Я считаю, что неправильно натягивать на клиента сконструированный образ. Мне кажется, правильно взять реального кандидата и подсветить его сильные стороны, и затушевать слабые. Возвращаясь к вашему вопросу, естественно ли это для Тимошенко - я считаю, что да. Потому что ей это интересно. Но в расчёт нужно брать еще и избирателя – интересно ли это ему. Наша политика стала в последнее время мелкотравчатой, где все с серьезными лицами выясняют, кто что о ком сказал, кто куда поехал и кто с кем встретился. Поэтому, если мы хотим получить другой результат, мы должны выходить на другой уровень. Мне нравится, когда говорят о смыслах. И новый курс – это туда.

С другой стороны, она действительно хочет привлечь новых людей. И тут нужно говорить о тех вещах, которые им интересны, и быть максимально открытым. Не навязывать, а слушать.

- Вам не кажется, что вы слишком поздно начали этот процесс? Это очень сложная тема для быстрого восприятия.

- Кажется, но уже есть как есть.

- Как вам кажется, какой будет эта избирательная кампания?

- Это будет кампания без сюрпризов, стандартная и вялотекущая. И эта затянутость будет выгодна некоторым участникам, потому что у них хорошие шансы прийти к финишу в том же положении, что сейчас.

- Не думаете, что некоторые, у которых хорошие рейтинги, сдуются за эти полгода? Потому что нет команды и месседжей.

- Да, на такой длинной дистанции некоторые из нынешних кандидатов могут устать. Потому что некоторым кандидатам противопоказаны публичные выступления. Тимошенко выгодна такая длинная кампания. У нее выстроена стратегия, и тут главное успеть вложится в столь короткий срок со всеми идеями. Что касается рейтингов и конечного результата, то здесь могут быть серьезные флуктуации разве что с Порошенко, потому что у него админресурс. Хотя, если админресурс поймет, что шансов нет, то он будет заниматься самовыживанием, а не будущим Порошенко.

 

- Не думаете, что если Порошенко не пойдет в президенты, то могут войти в кампанию Александр Турчинов или Юрий Луценко?

- Думаю, что как у кандидата шансов будет больше у Гройсмана. И, с моей точки зрения, ему нужно было воспользоваться Антикоррупционным судом или чем угодно и в начале лета уйти. У Гройсмана я вижу перспективу, но на парламентские выборы.

- А что же новые силы и Вакарчук?

- Вакарчук по своей природе человек боязливый и он понимает, куда его толкают. Многие ждали, что он поддержит 24 августа Гриценко. Этого не случилось.

Если же говорить о каком-то новом кандидате, который вдруг выстрелит, как Порошенко в прошлой кампании - то я такого не вижу.

 

Розділи :
Якщо ви знайшли помилку на цiй сторiнцi, видiлiть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter

КОМЕНТАРІ

4.09.2018, 17:16
Додати

ГОЛОВНА ШПАЛЬТА

    • 19 вересня 2018

    Серця трьох: осіннє загострення

    НАБУ сьогодні планували взяти на хабарі заступницю Холодницького Ольгу Ярову

     
    • 19 вересня 2018

    Е-декларації: історія фейкових перевірок

    Співробітники НАЗК орієнтуються не на з’ясування джерел походження коштів на майно, навіть коли мова йде про статки вартістю в мільйон

     
    • 17 вересня 2018

    Війна з мером за липи: як ужгородці рятують свою набережну

    Кабмін на облаштування набережної виділив понад 21 млн грн, які отримає місцевий "гранітний барон"

     
    • 14 вересня 2018

    Змій без голови: Як Садовий втратив фракцію у Київраді і куди заведе «Київська команда» Сергія Гусовського

    У вигляді "Київської команди" міська влада отримала ще одного союзника

     
Система Orphus