Арсен Аваков: Те из добровольцев, кто обещает "взять вилы", - не патриоты страны

Пусть все, кто осуждают "Азов", сначала сделают столько же для Родины. И на все замечания, что они фашисты, я говорю: "Справку возьмите в российском КГБ, а потом идите и пообщайтесь с ними"
18 листопада 201408:00

Продолжение интервью с Арсеном Аваковым. В первой части он рассказал о ходе коалициады, кадровых "аппетитах" президента и премьера, делах по факту фальсификации выборов и зачем нужно создавать "министерство правды".

- У вас в подчинении МВД находятся добровольческие батальоны. Насколько вы их контролируете? 

- На 120%.

- Но была, например, информация несколько недель назад, что батальон "Киев-2" отказался отходить из Волновахи, чтобы его там заменил "Азов". Разве это не свидетельствует...?

- Это свидетельствует о том, что у нас в прессе слишком много фальшивок.

- Но была пресс-конференция...

- Не было пресс-конференции. Был пацанчик, которого один из каналов поймал на фоне карты. И он показывал, как нужно действовать правильно.

Когда мы говорим о батальонах, то давайте признавать, что ангелов с крыльями нет. И мы к этому относимся критично, и ведем отсеивание. Но у нас нет ни одного подразделения, которое не подчиняется приказам. У нас есть выдающиеся бойцы, которые очень любят писать в Фейсбуке, и, к примеру, Дзиндзя может выдавать свои сентенции и требовать внимания министра, но это не отменяет общих правил.

Батальон "Киев-2" полностью управляем, отличные ребята. Вот недавно поймали двоих своих "коллег", которые перевозили 12 кг марихуаны. Мы разбираемся с такими ситуациями. Святых нет, повторюсь.

- Но, находясь в АТО с бойцами, часто можно услышать, что, мол, "вот тут разберемся и пойдем на Киев".

- Это вы, журналисты, любите такое повторять, потому что это "вкусно". Это можно замечательно подать. И бойцы тоже понимают, что "вкусно". И когда вы приходите, они начинают говорить "да мы сейчас возьмем вилы". Любой, кто такое говорит, – мм… не патриот страны. Причем по двум вещам. Первое - он дискредитирует добровольческие батальоны. Второе - он должен понимать, что такую тактику применял только Ленин, говоря: "Товарищи, возвращайтесь с войны с Германией на революцию".

Вот пример: молодые пацаны-нацгвардейцы, которые месяц провели под Мариуполем, вели себя, как герои. А потом, после ротации, вернулись в Киев, побыли полторы недели в Петровцах и вышли на Банковую требовать дембель. И вот они были героями и сами же себя потом "кончили". Потеряли уважение.

- Вы разобрались, кто стоял за этим бунтом?

- Разбираемся. Было много заявлений. Вы хотите конкретных имен? Гражданка такая-то?

- Вы говорили о вине политруков, контрразведки. Был ли в этом интерес какой-то политической силы?

- Враги Украины - вот эта политическая сила. С каждым из этих парней надо было говорить, у меня на это времени нет, а комиссары прохлопали, контрразведка прохлопала. Зато другие в соцсетях хорошо сработали.

Но, возвращаясь к первому вопросу о контроле над батальонами, я думаю, что командиры отлично понимают такие проблемы. И командиры - это предельно адекватные и опытные люди. И если что-то там уж происходит, то я это решаю через командира. И никак по другому. Высочайшая дисциплина в "Азове" – как пример. Хотя им много чего пафосно вменяют в вину.

- Да их много в чем обвиняют - от фашизма до мародерства.

- Но они прошли все - Крым, Рим... У них не пьют, не гасят наркотики. Кому-то не нравится коловорот на их нашивке, ну и пусть. А они считают, что имеют на это право. Пусть все, кто осуждают "Азов", сначала сделают столько же для Родины, хотя бы десятую часть. Я за время общения с ними имел только хорошее впечатление о них. И на все замечания правозащитников, что они фашисты, я говорю: "Справку возьмите в российском КГБ, а потом идите и пообщайтесь с ними". Проверяйте делом и своими глазами, а не позволяйте собой манипулировать Lifenews.

- Вы говорили, что в рамках реформы эти бойцы вернутся сюда и получат места в спецназе. Но сюда же вернется и "Беркут". Они то воюют там вместе, но остаются антагонистами во взглядах. Как вы их тут будете соединять?

- Во-первых эта категория перестала жить 6 месяцев назад. Они уже сталкивались, у них уже были конфликты и здесь, и в лагерях, и перепалки были, и дискуссии, и посиделки совместные.

Во-вторых, здесь нет такого "мы сейчас вернемся с фронта и начнется".  У нас постоянная ротация. Мы сразу с Полтораком поставили условие - 40 дней и ротация. Потому что, если человек на войне больше 40 дней, у него сносит крышу. Поэтому происходит постоянное взаимопроникновение. К тому же, там те "беркутовцы" и гаишники, которые уже прошли фильтр, - согласились идти на фронт.

Когда на фронт приехали первые отряды "Кобры", все боялись, а они проявили себя лучшим образом. Во главе с Ершовым, которого все считали старорежимным… - а он красавец. Отработал с доблестью и отвагой, под пулями – награжден орденом.

 

Что касается работы после войны, то мы будем предлагать разные варианты занятости, потому что есть разные батальоны. Есть боевые батальоны, которые ориентированы на прямое столкновение, на боевую работу...

- ...Это "Азов", "Донбасс", "Днепр-1"?

- "Азов", "Донбас", "Днепр-1", "Киев-2", часть "Золотых ворот", есть еще несколько батальонов - я не буду их сейчас называть, детализировать. А есть батальоны патрульной службы, которые имели столкновения, но заточены в общем не на оперирование миномётами и БТРами, а нести службу на освобождённой территории, контролировать коммуникации, вести антидиверсионную деятельность.

Ведь это тоже была проблема первых дней войны. Мы первый раз, когда освободили Краматорск, дошли до конца и вдруг поняли: а что дальше делать? Ни милиции, ни власти нет. Освободили и вышли назад. Второй раз, когда мы его занимали, мы завели сначала сводный отряд милиции, чужой милиции, не местной, и уже потом наши спецотряды, и так дальше. Так это было и так это сейчас работает.

Поэтому, когда ребята вернутся с фронта, когда война закончится нашей победой, то я рисовал бы три пути, как батальоны будут существовать дальше.

Первый путь - это перевод боевых батальонов в Нацгвардию и оснащение их максимальным вооружением. Те, кто идет в спецподразделение милиции особого назначения, также имеют два выбора: спецподразделения, которые и дальше будут нести службу в Луганской и Донецкой области, и второе - это те, кто пойдут во вновь образованное подразделение, которое придёт на смену всем этим "Беркутам", "Соколам" и "Грифонам".

Это то, что у нас в реформе написано "на кшталт" американского SWAT. То есть это будет единое подразделение спецназовцев, в котором они получат новый стандарт. Например, "Азов" начал два дня назад переход в Национальную гвардию, они переходят на контракты все. То есть это контрактники, которые получают соответствующую адекватную зарплату, новые стандарты подготовки и вооружения.

И третье: есть те, кто вернутся на свою работу.

- Программистами, инженерами...

- И таких много, они об этом мечтают, но - после победы.

Четвёртый путь: есть те, кому будут предложены ещё виды работ. Я обсуждал это с премьером, мы говорили, например, о службе охраны газопроводов. НАК "Нефтегаз" регулярно тратит больше деньги для того, чтобы нанимать компании соответствующие. Я думаю, что в этих компаниях будет место для тех ребят, которые в состоянии вести антидиверсионную работу.

Не забывайте, что у нас численность Национальной гвардии утверждена порядка 50 тысяч человек, и мы должны держать, наращивать этот объём. Поэтому всякий, кто желает Родине служить, - будет служить.

- В Раду прошло большое количество комбатов. И прошли они от разных политических сил. Вы не боитесь, что их будут использовать в политических разборках?

- Нормальный доброволец и все по-настоящему боевые ребята, которые пришли с фронта, не позволяют себе использовать оружие в этом смысле.

Хотя эта проблема есть, и такое исключить нельзя. На киевских выборах тут один из товарищей депутатов пытался спонсировать одну из рот "Киев-1", а потом пытался её противопоставить "Азову".

- Вадим Столар?

- Да, известный товарищ. Я думаю, что он грустно кончил, так же, как кончат и остальные в такой ситуации. Утверждаю, что у нас сейчас в МВД достаточно контроля, авторитета и сил, чтобы не допускать такого рода столкновений.

- Мы говорили сейчас больше про добровольцев, но у нас есть ещё целая цивильная система МВД. За последнюю неделю мы дважды слышали о том, что представители министерства среднего звена требуют взятки в $30 тысяч. Слышали это от госчиновников, от руководителей МРЭО. Это как? Ничего не меняется?

- Я вам скажу на уровне философского ответа, а потом спущусь к конкретному. Философский ответ следующий: что на самом деле парламент настолько хорош, как хорошо общество. Милиция настолько хороша - насколько хорошо общество. Прямая пропорция качеству элит. Прямая пропорция качеству нашего образования.

В ситуации, когда у нас есть старая милиция - в составе МВД вообще около 300 000 человек, а в погонах 170 тысяч с лишним, и есть еще куча служб, начиная от паспортных столов, "миграционки" и заканчивая МРЕО, - то трудно сразу все изменить.

Когда я пришёл сюда, то у меня был выбор, что важнее: качество милиции или управляемость. И когда началась война, я сказал: "Важнее управляемость". Взял управляемость и тогда начал менять качество. Можно это сделать быстро, очень быстро - только я где-то потерял палочку Гарри Поттера. Если у вас есть - одолжите. Во всех остальных случаях есть поступательные движения, step-by-step. И когда мы по этому step-by-step идём, то получаем результат.

Конечно, может быть негодяй, который берёт эти $30 тысяч, более того, мы таких негодяев регулярно "вскрываем" и предаём суду. Когда чешут мне тут ерунду, что "с Майдана никто не арестован, покажите хоть одного" - это неправда, сотни арестованных, тысячи уволенных по компрометирующим статьям.

- Ну, на самом деле мы недавно писали статью о наказаных милиционерах за Майдан - там было около 13 дел в прокуратуре, а счет уволенных доходил до сотни.

 - По факту Евромайдана всеми преступлениями милиции занимается прокуратура. Милиция этим не занимается. С апреля  все дела по убийствам на Майдане и массовым "заворушенням" забрали к товарищам из Генеральной прокуратуры.

 

- А чем закончился ваш конфликт с Закревской, которая обвинила вас в том, что вы тормозите эти дела?

- Нет с ней конфликта, я её даже лично не знаю. Историей занимается Антон Геращенко, товарищ Закревская с ним встречалась, выделила какие-то вопросы, он на них ответил, отвечает, процесс идёт. Но мне кажется некорректными такие действия адвоката - обвинять на всю страну, не разобравшись. Ну ничего, не сахарный – не растаю...

- Так сколько нужно времени, чтобы провести реформу МВД?

- У меня же нет волшебной палочки. А вы свою не даете. Скажите мне, пожалуйста, дорогие мои друзья, вы знаете, когда закончится война?

- Нет.

- А вы думаете, это на процесс не влияет? А вы знаете, какой у нас будет курс доллара, какой у нас баланс в стране будет, это, думаете, не влияет?

То есть, если бы мне сказали: "Арсен, на тебе мешочек золота и на этот мешочек золота ты обеспечишь ту зарплату для спецназначенцев, для милиционеров и так дальше, и не будет внешних факторов", я бы сделал лучше, чем в Грузии. В Грузии не было войны, и они имели возможность спокойно всех уволить, спокойно всех назначить. Но Грузия - это половина Харьковской области, понимаете какая разница? Товарищ Мао Цзедун говорил в этом случае классическую фразу: "Шаг за шагом придём к успеху". Другого пути нет. Если мы не идём шаг за шагом, то плохо.

- Вы в среду на Кабмине сказали о манипуляции Кабмином в вопросе угля. У вас есть какие-то конкретные факты, кто за этим стоит?

- Я читал статью на одном из сайтов о некоем господине Кузяре, о том, что в этот процесс вмешались некоторые коммерческие силы. Думаю, что это близко к истине.

Я считаю, что можно заплатить цену за независимость Украины в виде отказа от поставок ещё и российского угля. Я думаю, что лишние несколько долларов сверх российской цены на уголь – это хорошо для Украины. У нас есть ситуация, когда совершенно конкретные люди заинтересованы монополизировать поставку угля, и боюсь, что это авторы всей этой кампании.

Теперь у нас отказались от поставок угля поставщики из Южной Африки, мы теперь должны уголь покупать у Российской Федерации. Это результат, так сказать… Вам теперь понятно, почему я так сказал. Если бы я был не министром, а депутатом, я бы сказал больше.

- Буквально накануне видели новость о том, что фирма вашей жены пытается вернуть 19 гектаров земли в Харькове. До этого были новости, что еще одна ваша компания пытается вернуть свой контроль над активами. Вам удалось вернуться в бизнес за это время?

- Смотрите, мой бизнес закончился, когда я был вынужден выехать из страны. Товарищ "Гепа" и товарищ "Допа" вместе, под руководством товарищей из Киева, над этим много работали. У меня ничего не осталось, за исключением некоторых активов, которые находятся за рубежом, и моих личных активов.

Несколько лет до этого нас регулярно рейдерили, отбирая активы у акционерного общества "Инвестор", в котором я был одним из акционеров. На протяжении последних четырёх лет регулярно идут суды на эту тему. И регулярно кто-то что-то выигрывает, кто-то что-то проигрывает. И в чём здесь сенсация?

- Нет, просто у меня был вопрос: вы возвращаетесь в бизнес?

- Я никуда не возвращаюсь.

- Еще один вопрос по Харькову - Кернес после своего ранения как-то прозрачно намекнул, что вы можете быть причастны к этому покушению.

- Больной человек продуцирует паранойю…

- Есть ли у вас информация, кто стоит за этим?

- Если бы она была, она была бы немедленно обнародована и люди бы эти были арестованы. Есть версии, ведётся следствие.

- И под конец еще раз о Майдане: вы позавчера были у президента…

- Я каждый день бываю у президента.

- Отлично. Там речь шла, я так понимаю, о подведении итогов к годовщине Майдана и наказании виновных.

- Я присутствовал на этом совещании.

- Вы сказали, что у вас есть информация об обстоятельствах убийства Нигояна, Жизневского.

- Неправда. Я не это сказал, я сказал, что мы расследовали убийство журналиста Веремия. Расследовали, установили лиц, которые его заказывали, убивали. И часть этих людей была задержана, а часть находится в розыске. И один из задержанных, тот, который перед тем, как в него выстрелили, бил его битой, был отпущен судом города Киева под подписку о невыезде.

- То есть мы не можем рассчитывать на то, что виновные в расстрелах будут наказаны в ближайшее время.

- Я вам повторяю второй раз. С апреля это дело ведёт Генеральная прокуратура Украины. Мы расследуем несколько эпизодов. По похищению Игоря Луценко, например. По убийству Веремия.

- По Игорю Луценко тоже, насколько я знаю, не очень хорошая картина  - сбежал один из обвиняемых…

- Нет, смотрите, картина очень хорошая. Мы расследовали дело, нашли виновных и отдали в суд. Мы и Бакулина расследовали, а суд его отпустил. Могу ещё назвать, например, Злочевский. Такого знаете? Дело Генеральная прокуратура прекратила, и товарищ Злочевский вернулся в Киев вчера.

Розділи :
Якщо ви знайшли помилку на цiй сторiнцi, видiлiть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter

КОМЕНТАРІ

  • Люди гинуть за Roshen. Переконати їх, що то за Україну - легше ніж на пальчик пісьнути. Все як в москалів: https://scontent-a-vie.xx.fbcdn.net/hphotos-xap1/v/t1.0-9/10665343_724027097650547_7525422612434877079_n.jpg?oh=c5b6ce0f60e42208fab9c9955ae27b5f&oe=54F15CB2

  • Патріоти тут: https://fbcdn-sphotos-e-a.akamaihd.net/hphotos-ak-xaf1/v/t1.0-9/10388101_1496349797306898_5577843551552850363_n.jpg?oh=17066f65a7a8a151687aeebfa66ea9d1&oe=551DAA9F&__gda__=1427660584_e5981340a2f11be0c9adbdc12c997cc6

13.11.2018, 16:03
Додати

ГОЛОВНА ШПАЛЬТА

    • 20 липня 2019

    «Три роки безкарності»: колеги журналіста Шеремета вимагають відставки Князєва, Луценка та Авакова

     
    • 12 липня 2019

    Як реформуватимуть митницю. Нефьодов презентував план

    "Митниця – це дорого"

     
    • 11 липня 2019

    Депутати проголосували за жорсткіше покарання для педофілів. Як змінився кримінальний кодекс

    Кримінальний кодекс зазнав відразу кількох змін

     
    • 11 липня 2019

    Нацрада не може довести, що власником трьох українських телеканалів є Медведчук

    Фещук закликала парламент надати Нацраді жорсткіші повноваження

     
Система Orphus